Контрасты. Продолжение

Начальство фирмы, в штате которой числился наш сын, вошло в положение своего сотрудника, к которому приехали родители, и великодушно предоставило ему среди рабочей недели два свободных дня, кои и провели мы вместе не только удовольствия ради, но и пользы для.

Во-первых, мы получили живое общение, которого нам так не хватало всё это время.

Во-вторых, нам предстояло выполнить некоторые формальности, связанные с визами, отметить какие-то бланки, выданные нам на границе и свидетельствующие о том, что мы посетили город Владимир в качестве туристов, а не оборонное предприятие в качестве шпионов. Для чего пришлось искать место, где бы нам  сняли копии паспортов и прочее.

В-третьих, надо было закупить гостинцев для детей и внуков, что ждали нас дома и отравы для вредителей, что ждали нас в саду на даче. Тащить ядохимикаты через границу – это ли не глупость?- воскликнет неопытный читатель и будет неправ. Суть в том, что выпуск и продажа этой продукции согласно европейским директивам в Латвии запрещены, а, стало быть, деяние наше уже называется не глупостью, а преступлением и подпадает под статью о контрабанде. Отягчает нашу вину то, что мы пошли на дело совершенно сознательно, отдавая себе отчёт в том, что ввозя всё это пестицидство, мы подвергаем опасности здоровье жителей ЕС и понимая, что травить население позволено лишь с помощью ГМО и известных добавок в пищевые продукты и только концернам под всемирно известными брендами.

Теперь лекарства. Ничто так не подорожало за последнее время в Латвии — ни квартплата, ни продукты, ни бензин, ни спиртное — как медикаменты. Объясняется это подорожание предельно просто. Если человек может влезть в долги по квартплате, рассчитывая, допустим, на предстоящий выигрыш в лотерее, может сэкономить на бензине, отдав предпочтение передвижению пешком, или на коньяке, перейдя на употребление незамерзайки, с болью отказаться от атлантических устриц в пользу балтийской салаки, то альтернативой расходам на лекарства зачастую являются расходы на погребение, что тоже не дёшево.

Правда, расходы на лекарства несёт обычно хозяин бренного тела, а на похороны – его родные. Но это не всегда так — некоторым предусмотрительным пенсионерам удаётся отложить деньги на скорбное мероприятие, что во время панихиды не даёт повода безутешным близким поминать усопшего недобрым словом, мол, нашёл время, мол, всю жизнь только о себе думал!

Тем не менее, некоторые, прикинув свои возможности, самонадеянно принимают решение лечиться — в Латвии есть состоятельные люди. И тогда логику ценовой политики латвийских фармацевтов по отношению к клиентам аптек можно выразить фразой:  «А куда они на хрен денутся?» И в самом деле, не будешь мотаться всякий раз, когда заболеешь, в Россию, где отдельные лекарства стоят в 10 раз (!) дешевле латвийских аналогов. И ведь от покупки не откажешься – болит же!

И тут прослеживается некая взаимозависимость между лекарями, владельцами аптек и хозяевами похоронных фирм. Первые, в интимной связи со вторыми, закрывая историю болезни очередного пациента, оставляют третьим жалкие остатки его накоплений. То есть, скромный эконом-класс, никаких излишеств в виде кистей и глазета. Бизнес, ничего личного, пусть ещё спасибо скажут, что вообще не вылечили.

Кстати об аптеках. Людям свойственно навешивать ярлыки на всё и вся. И города здесь не исключение. Если, скажем, Париж считается городом влюблённых, Венеция – городом каналов, Сан Сальвадор городом бандитов и так далее, то Владимир я бы назвал городом аптек. Аптеки здесь, что называется, на каждом шагу. Однажды, стоя в ожидании зелёного света на перекрёстке, мы насчитали в прямой видимости три аптеки, а, повернув за угол, обнаружили и четвёртую. Покидая с объёмистым пакетом одну из них, мы мстительно лишили алчных латвийских фармацевтов солидного куша, а себя и родных обеспечили лекарствами на пару лет, тьфу, тьфу, тьфу.

Количество аптек в том или ином городе может многое сказать о его населении.  Есть люди, которые не мыслят и дня, чтобы не употреблять лекарства если не в лечебных целях, то хотя бы в профилактических. А бывает и наоборот. Больше того, сказанное можно отнести и к целым нациям. Например, жители Нидерландов медикаменты практически игнорируют — на весь Амстердам приходится, нам сказал тамошний экскурсовод, пять аптек, зато больше двухсот кофешопов. Кофешоп – это такое голландское изобретение, место легального приобретения и употребления лёгких наркотиков. Говорят, что дело тут как раз в этом: захворавший голландец не бегает по Амстердаму в поисках той аптеки, а привычно идёт в кофешоп, что всегда рядом. Там он забивает косячок, раскумаривается и понимает, что всё – суета сует и томление духа, а хворь и сама пройдёт. И, как правило, таки проходит. А немцы, наоборот, лечиться любят крайне, лидируя в Европе по потреблению  таблеток и порошков. И что? Средняя продолжительность жизни в Нидерландах и Германии примерно одинакова, в Голландии даже повыше.

Но, оставим Германию немцам, Нидерланды голландцам, а то и другое – беженцам. Вернёмся во Владимир.

Хорошо, что в эти дни у нас был местный провожатый. Сынуля знал, на чём проехать к тому или иному месту, где побыстрее перекусить, а где подешевле купить.

Так, за гостинцами для Лиепаи он повёз нас в Ашан. Как оказалось, это не деревня в Нагорном Карабахе, а одноимённый гипермаркет французской корпорации, одного из крупнейших в мире операторов розничных сетей. По России таких гипермаркетов больше трёхсот, а мы в своей Латвии о них и слыхом не слыхивали, у нас розницей рулят скандинавы и литовцы.

Чтобы попасть в этот потребительский рай, надо было выйти на нужной остановке, срезать путь через проходной двор и пересечь оживлённую магистраль по подземному переходу, устоявшийся запах в котором побуждал внимательно смотреть под ноги. Свет в конце тоннеля помогал при этом слабо.

Через пару часов, обойдя все отделы магазина, мы, гружёные пакетами с напитками, сладостями и деликатесами, зашли там же в кафе, где с сыном решили обмыть удачные покупки. Мы имели на это моральное право, поскольку значительную сумму удалось сэкономить на приобретении товаров по акции – скидки порой были существенными. Жена придерживалась иного мнения. Потéрпите до ужина,- сказала она тоном, исключающим возражения. И, как всегда, оказалась права.

Не секрет, что даже небольшая доза спиртного провоцирует нас порой на безрассудные поступки. Неизвестно, чем бы обернулся наш обратный путь до троллейбусной остановки, будь мы подогреты алкоголем. Но мы были трезвы, прекрасно отдавали отчёт в своих действиях и в подземный переход не полезли, а благоразумно перебежали проезжую часть улицы в неположенном месте. Причём сделали это в два приёма. Сначала пропустили транспорт слева. А потом, нетерпеливо переминаясь на двойной сплошной, — справа. В ноябре во Владимире темнеет рано, и мы с трудом угадывали дружелюбные жесты водителей машин, проезжающих в обоих направлениях.

Тряска плохо помогает собрать мысли в вереницу прочно упакованных силлогизмов. Массовые прыжки на Майдане тому свидетельством. Вот и я в троллейбусе всё силился и не мог уразуметь, как, ну как может соседствовать гипермаркет с его предупредительным персоналом и удобной выкладкой широкого ассортимента товара с одной стороны и смрадный тёмный подземный переход – с другой? Едва ли не с мылом вымытая автостоянка для клиентов магазина с одной стороны и неубранная улица – с другой?

И лишь ступив на твёрдую землю, понял. Всему виной Москва, бюджет которой наполняет вся Россия в ущерб регионам. Других объяснений уличным лоткам, забитым слежавшейся листвой, которая осыпалась с деревьев месяц назад, у меня не было. Как и заросшим газонам. Как и диким автостоянкам во дворах.

Продолжение следует.