Архив за месяц: Октябрь 2023

Рок-концерт

Всем привет.

Осень. В Лиепае штормит. А я предлагаю вашему вниманию рассказ, навеянный впечатлениями прошедшего лета. Главное действующее лицо рассказа — мой любимый литературный герой Василий Кондратыч. Впрочем, читайте сами.

Ваш распальцовщик.

 

На старости лет случилась с Василием Кондратычем беда: его чек в универсаме выиграл два билета на рок-концерт. Второй раз в жизни капризная женщина по имени Фортуна повернулась к нему передом.

Впервые это случилось очень давно, ещё при социализме, когда ему на сдачу в гастрономе дали билет денежно-вещевой лотереи, по которому Кондратыч выиграл школьный набор акварельных красок за рубль двадцать. По правилам лотереи, в течение полугода он мог взять приз либо натурой, то есть, красками совершенно безобидной тогда радужной расцветки, либо деньгами. Потрясённый свалившейся на него удачей, раздираемый противоречиями, он никак не мог определиться, срок прошёл, и выигрыш ушёл в пользу государства.

Но то краски, а это — билеты на концерт, деньгами не возьмёшь. Можно, конечно, выбросить или отдать кому, но тут жена: «Сто лет никуда не выбирались, что я вижу в этой жизни!» и прочее. Да ещё дети: «А и правда, сходите, что вы теряете, не понравится, уйдёте — халява». Уговорили, одним словом.

Жена сразу засуетилась: пошла по магазинам присмотреть себе новое платье, а мужу — галстук в тон платью. А сын: «Да вы никак обалдели! Какое платье! Какой галстук! Вы хоть знаете, что концерт будет на стадионе?»

— Что же,- возмутился Кондратыч,- дырявые портки надевать?

— А есть?- насторожилась невестка.

— Были. На прошлой неделе эту рванину в костёр на даче положил.

— Это напрасно,- упрекнул его сын,- ты хоть знаешь, сколько они в бутике стоят? Ладно, не парьтесь, мы вас упакуем.

Упаковали. Жене Василия Кондратыча сноха подыскала какой-то цветастый балахон. Золотые серёжки и цепочку, что та надевала по праздникам, велела снять. Вместо них повесила на притихшую женщину бусы из морских ракушек и такие же серьги.

— Владычица морская,- хмыкнул дед.

Ему сын велел надеть свои десантные башмаки, которые пришлись почти впору, и косуху с мотоциклом на спине. От кожаной банданы дед категорически отказался.

— И не стойте там, как вкопанные, прыгать, может, и не надо, но активно двигайтесь в такт музыке.

Показал, как из пальцев складывать «козу».

Ну, перво-наперво, отстояли супруги с полчаса в очереди. На входе их обыскали. Жену Кондратыча ощупала девица в чёрной униформе, а его самого — качок в таком же одеянии. Искали не оружие, а бутылки, которые изымали тут же — пиво следовало покупать на стадионе, где оно стоило в три раза дороже, чем в магазине.

Как оказалось, им полагались стоячие места. Вход на поле был закрыт, в результате чего у импровизированных ворот сформировалась плотная толпа меломанов. Василий Кондратыч вспомнил подзабытое слово — давка. Когда ворота открыли, пенсионеров закрутило и течением выволокло на поле, да не просто на поле, а к самой сцене со стоявшими там микрофонами, проводами и огромными колонками, что называется, в первый ряд, ну почти. Можно сказать, повезло. Жену Кондратыч не потерял только потому, что она вцепилась обеими руками в рукав косухи. Куртка, спасибо сыну, оказалась прочной — рукав не оторвался совсем, а только треснул по шву.

Дети как в воду глядели. На солисте вокально-инструментального ансамбля галстука не было, а висела на нём застиранная майка-безрукавка, в какой дед дома постеснялся бы открыть дверь на звонок. Остальные музыканты не лучше — судя по их нарядам, напрашивался вывод о крайне скудных гонорарах работников культуры. Шею барабанщика украшал сильно потёртый собачий ошейник с шипами. Если бы перед сценой лежал раскрытый футляр от гитары, Кондратыч бы туда положил денежку, не пожадничал.

Слушатели соответствовали исполнителям. Правую часть эстрады загораживала длинная девица с выбритым затылком и ярко-розовыми волосами. Большинство дам имели прорехи на штанах и держали в руках картонные стаканчики с кофе, а их кавалеры — прозрачные стаканы с пивом.

Что касается музыки, то тут никаких претензий — музыка была громкая. После первых же аккордов Василий Кондратыч узнал, где у него располагается диафрагма, и не сказать, чтобы это открытие его обрадовало. Плёнка, отделяющая грудной отдел от брюшного, стала мерзко вибрировать. У женщин, не секрет, анатомия отличается от мужской, но судя по движениям девицы с розовыми волосами, у неё внутри тоже что-то там вибрировало.

От наблюдений деда за поведением девушки отвлекла жена. Она больно ткнула ему локтем в бок, и указывая на ближайший стаканчик с кофе, что-то стала кричать — понять было невозможно. Но тут песня закончилась, и Кондратыч расслышал: вместо того, чтобы пялиться на девок, лучше бы он принёс кофе. Жена решила сегодня взять от жизни всё.

Кофейные автоматы стояли у входа, и каким образом Кондратычу удалось к ним пробраться, не понял он сам. По ходу движения его несколько раз посетила мысль о том, что, как честный человек, он должен теперь жениться на той или иной фемине — обязывала запредельная близость, периодически возникавшая меж ними.

Не менее сложной задачей стала необходимость разобраться в принципе работы аппарата. Спасибо отвязной молодёжи, что околачивалась поблизости. Ребята показали, куда совать деньги, на какие кнопки жать и сколько ждать результата этих манипуляций. Он, в свою очередь, поинтересовался, почему они не присутствуют на концерте. Выяснилось, что никакой это не концерт — левая команда только разогревает толпу, а настоящий угар начнётся через пару часов.

Девчонка в кожаной мини, объяснившая про угар, смерила взглядом куртку с мотоциклом:

— Вот кого я уважаю, так это байкеры. Слышь, брат ветра, отвези меня в рай,- она подмигнула,- я дорогу знаю.

— Да ты что, дочка, не в моём возрасте в рай ездить.

— Возраст? Люди в возрасте ездят на трамваях, а не на байках.

Парень из этой компании хлопнул девчонку по плечу:

— Отстань, Марфа, от деда, он тут не один, да, батя? Я его только что с русалкой видел.

— И что? Поедем втроём. Можем Гошу прихватить для комплекта. Егор Александрович, поедешь с нами в рай?

Татуированный пацан, что дремал на лавочке у ограды, приоткрыл глаза:

— Так я уже в раю.

Продраться обратно к эстраде, но уже без использования рук, которыми Василий Кондратыч держал над головой кофе, представлялось абсолютно невозможным. Но он продрался.

Направление держал, ориентируясь на розовую причёску рослой соседки.

Вид жены ему не понравился — она была бледной и выглядела какой-то измождённой. Кофе категорически отвергла. В промежутке между песнями пожаловалась, что хэви металл — это не её удел, до апофеоза она не доживёт, и что если они не уйдут прочь от проклятых динамиков, её стошнит.

И они стали пробираться к выходу уже вдвоём. По дороге Кондратыч кому-то наступил на ногу, ему прокричали, что он уже всех тут достал, несколько раз дружелюбно обматерили.

На выходе знакомая компания оценила внешний вид жены:

— Обкурилась ундина?- сочувственно спросили деда,- аккуратнее надо с дурью.

Домой пошли пешком. Жену заметно покачивало. Василий Кондратыч мучительно хромал — правый башмак натёр ему пятку. А вслед им ещё долго лупил барабан: «Бум, бум-бум, Бум, бум-бум…» Через час неспешной прогулки жена несколько оклемалась, а Кондратыча головная боль донимала ещё весь следующий день. Договорились, детям скажут, что концерт понравился — неудобно, отнеслись с участием, старались как могли.

Утром позвонил сын. Кондратыч, лёжа с мокрым полотенцем на лбу и пластырем на пятке, услышал, как жена причитает:

— Что ты! Какое там пожалели! Отцу понравилось, а я — так вообще в полном восторге. Оторвались по-взрослому! Полный отпад! И тусовка реальная. Вернулись далеко за полночь. Нет, что бы там не говорили, тяжёлый рок — это вещь! Как я без него до сих пор жила, не представляю.

История это получила достойное продолжение. На день рождения мамы дети подарили ей последний студийный альбом известной группы AC/DC “Power Up” с их хитом «Shot in the Dark”. А вот пусть думает, прежде чем врать.

Рубрика: Проза | Добавить комментарий