Рига. 9 мая. Парк Победы

ДЕД С КЛЮКОЙ, В ОРДЕНАХ И МЕДАЛЯХ:
— Айвар Янович, привет, дорогой! Живой! Ты где пропадал? В прошлом годе тебя тут не было. Я, грешным делом, подумал, помер Айвар.
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ, В ОРДЕНАХ И МЕДАЛЯХ:
— Василий Тимофеич, здравствуй. Ты что сказал?- я не услышал.
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Привет, говорю!
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Sveiki! Бормочет, ни черта не понять, Goda vards! Громче говори.
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Чего?
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Говори громче.
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Что сказал-то?
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— А?
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— На! Твою мать-то! Не хворал, говорю, часом?
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— А меня тут прихватило малость. Осколок в спине зашевелился — сувенир из Курземского котла, velns! Семьдесят лет прошло, а вот как. Под Тукумсом нас тогда немножко миномётами накрыло. В лазарете из ноги и из задницы осколки вынули, а этот трогать побоялись. Полевые условия, сказали. Там я встретил победу. А ты где?
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Правнучку третьего дня замуж выдали. Красавица, что ты! Помнишь, на фотографии, на этом самом месте, в бантах вся? Сколько же прошло-то? Лет десять, поди. Увидишь – не узнаешь.
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Так, я в том лазарете с Мартой своей познакомился, да. Санитаркой служила. Девка была – огонь! Майор военврач за ней ухаживал. Он меня спас, а ему свинью сделал. Марта меня выбрала,- лейтенанта. Вот как. Так я в Латвии войну окончил. А ты где?
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Парень – тоже ничего. Плохого не скажу, хоть и латыш. Но, всё при нём: и ростом вышел, и умом. Богатый. Работает в этом, как его… Ну, ещё, как это, чёрт, с компьютерами. При деньгах, в общем. На острова её увёз. В Грецию, что ли. Медовый месяц. Погоди, да где ж он работает-то? Стой, у меня ж его визитка есть! Щас. О! В Латтелекоме.
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Где, сказал?
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— А?
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Где окончил?
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— В Телекоме.
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Где?
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— В Телекоме!
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— А это где? В Германии, что ли где-то? Я смотрю, у тебя медаль «За Берлин».
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Ну да, моя старая в Берлин наладилась, ты-то откуда знаешь? Сына попроведать. Я не решился, а она полетела. Сын у меня там, в строительной фирме работает инженером. Ценят его. Как грянула независимость, едри её мать, завод и закрыли. Уехал он разнорабочим, а щас инженер. Дом свой. Семью перевёз, нас с бабкой зовёт. Не поеду, тут помирать буду.
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Ты из сто тридцатого латышского корпуса тут никого не видел? Всё меньше наших. Осенью Ивашова похоронили, нашего ротного. Помнишь его? Такой весёлый, без руки. Хороший был мужик, хотя русский.
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Сын пишет, отец его босса Берлин оборонял. В меня, поди, стрелял. А я – в него. Не попали, слава Богу. Наша гаубичная батарея по рейхсканцелярии долбила. Считай, по самому Гитлеру. Позиция тогда стояла у пруда, помню, сразу за кирхой. Во дела! Я там порушил всё к чёртовой матери, а сын строит.
ЮНОША С БЕЛОЙ ЛЕНТОЧКОЙ:
— Пол Европы порушили, варвары. Вам бы каяться, а вы празднуете тут с портретом главного кровопийцы на груди.
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Что, сынок?
ЮНОША С БЕЛОЙ ЛЕНТОЧКОЙ:
— Сталин, говорю, на медали. Не стыдно?
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Это медаль. «За победу над Германией» называется. Всем тогда дали, кто воевал.
ДЕВУШКА С ГЕОРГИЕВСКОЙ ЛЕНТОЙ:
— Эй, ущербный, ты не заблудился? Тебе не на площадь Победы, тебе на Болотную площадь.
ЮНОША С БЕЛОЙ ЛЕНТОЧКОЙ:
— Не обязательно быть на Болотной, чтобы мыслить самостоятельно.
ДЕВУШКА С ГЕОГИЕВСКОЙ ЛЕНТОЙ:
— Это ты что ли мыслишь самостоятельно? Ваня! Иван! Поди-ка сюда.
ЮНОША С БЕЛОЙ ЛЕНТОЧКОЙ:
— Ваня – серьёзный аргумент в полемике.
ДЕВУШКА С ГЕОРГИЕВСКОЙ ЛЕНТОЙ:
— Он с тобой полемизировать не будет. Он выкинет тебя отсюда, чтобы ты праздника людям не портил, мыслитель чужими мыслями. И будешь ты не мыслитель, а выкидыш.
ВАНЯ:
— Чего тебе?
ДЕВУШКА С ГЕОРГИЕВСКОЙ ЛЕНТОЙ:
— Проводи либерала на гей-парад.
ВАНЯ:
— Этого что ли? А! Белоленточник! Ты тут чего делаешь? А ну, пошли, гандовня, отсюда.
ЮНОША С БЕЛОЙ ЛЕНТОЧКОЙ:
— Без рук!
ВАНЯ:
— Если я ноги включу, ещё хуже будет. Шевелись давай! С праздником, деды!
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— Куда это он его поволок? А, милая? Хороший мальчик, наградами интересуется. Моим внукам не интересно.
ДЕД С КЛЮКОЙ:
— Ты салют будешь смотреть? Я домой пойду. Разве это салют? В салюте что главное? Я тебе, как артиллерист скажу: в салюте главное — сила залпа! Чтобы окна дребезжали. А это разве салют? С каждым годом всё тише. Красиво, конечно. Но это же не Валентинов день. Это День Победы! В сорок пятом был салют! Так зае… В общем громко. Ладно, пойду своих поищу. Давай, гвардия. С праздником. Даст бог, через год увидимся.
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— С праздником, артиллерия! Слушай, милая, ты не знаешь, где собирался сто тридцатый латышский?
ДЕВУШКА С ГЕОРГИЕВСКОЙ ЛЕНТОЙ:
— Пойдёмте, вместе поищем.
ДЕД БЕЗ КЛЮКИ:
— А?