Полагаю, каждому знакомо это состояние, когда белый свет не мил, ничего не хочется, всё валится из рук. В таком состоянии токарю не точится, танцору не танцуется, писателю не пишется. Автору «Двух пальцев» не распальцовывается.
Хандра, меланхолия, уныние, томление духа. А казалось бы, с чего? Лето, море, солнце, витамины, нигде не болит, с близкими, слава Богу, всё в порядке. А грустно. Душа праздника просит.
Статистикой доказано, что женатые мужчины живут дольше холостых. Знаете, чем среднестатистический женатый мужчина отличается от среднестатистического холостого? А я вам скажу: наличием жены. И вот эта, отнюдь не среднестатистическая, а реальная жена, чутко уловив изменения в настроении мужа, объявляет ему, что на ближайшие выходные дни ею забронирован двухместный номер в маленькой семейной гостиничке на берегу моря в литовском городе Клайпеда.
Нуждается ли в доказательствах утверждение, что женщина в наше время гораздо более социально активна, чем мужчина? Посмотрите на состав публики на любом мероприятии, будь то открытие выставки, или театральная премьера, или шоу заезжей звезды. Минимум 4/5 – женщины. Минимум! Кто-то из них пришла в одиночестве, кто-то с подругой, с сослуживицей. Очень немногие с мужчинами. Мужчин можно вычислить не только и не столько по вторичным половым признакам, сколько по унылому выражению лица даже на концерте самого задорного юмориста. Видно, что его насильно приволокли сюда, что его жене эта победа досталась ценой семейного скандала и что воспринимает он всё это без удовольствия.
Без удовольствия воспринял и наш герой весть о предстоящем визите в Клайпеду. Какой смысл ехать на берег Балтийского моря с берега Балтийского моря? Ехать на автомобиле (бензин ваш, идеи наши), когда не выпить за рулём, не запарковаться в переполненном машинами чужом городе. К тому же синоптики обещают дожди с грозами. Сидеть в гостинице под шум дождя? И где тут праздник? Но пути к отступлению отрезаны: получено подтверждение на бронь двухместного номера.
И он едет, несчастный. Угрюмо везёт свою половину, размышляя о происках статистиков. Врут, собаки! Не может женатый человек жить дольше холостого.
Но, гостиница действительно расположена на самом берегу. Улица «Kopu» переводится с литовского, как «Дюнная». Радушные хозяева гостеприимно распахивают ворота мощёного плиткой дворика, куда и запарковывается на ближайшие двое суток машина. Уютный, чистый, оборудованный всем необходимым номер. Ни облачка на небе. И тишина. Если не считать шумом — шум моря и сосен. А как же праздник? Терпение, будет и праздник.
А почему, собственно,- будет? Он уже в разгаре. Раз в году Клайпеда отмечает Дни Моря. Нет, не так. Раз в году Литва отмечает в Клайпеде Дни Моря. Вся старая часть города по обе стороны речки Дане отдана этому празднику. Вавилонское столпотворение! В три борта пришвартованы яхты со всей Европы. От кормовых флагов рябит в глазах: Литва, Латвия, Россия, Германия, Дания, Швеция, Польша, Финляндия… На улицах, закрытых в эти дни для транспорта, не протолкнуться. Перекрёстки заняты музыкальными ансамблями. Здесь и народные хоры, и диксиленды, и мальчишки с акустическими гитарами и песнями Битлз (мороз по коже). Клоуны на ходулях раздают конфеты детворе. Фокусник достаёт из сумки смущённой женщины пропавшие часы прохожего. Фотограф предлагает запечатлеть вас в компании с тигровым питоном и попугаем.
А лотки вдоль речки! Их сотни. И чем только не торгуют! Янтарные украшения, плетёная из лозы мебель, художественные изделия из дерева и кованого железа, вязаные кофты и рукавицы, кухонная утварь, игрушки, картины, лён, мех, кожа, кружева, сладкая вата и какие-то спиральные конфеты, копчёная рыба.
А качели, карусели, горки, батуты, тарзанки! Жалко, что не догадались взять с собой внуков.
А воздушные шары!
И, конечно, шашлыки, охотничьи колбаски, печёная картошка, тушёная капуста, зелень, сыр и пиво, пиво, пиво. Море пива! От бесчисленных мангалов и жаровен плывёт дымок, запах которого не сможет описать буквами на бумаге самый гениальный поэт. Пусть даже не пытается. Этот запах можно только почувствовать и, закрыв глаза, идти ему навстречу. Чтобы, поправ вторую заповедь и забыв о вреде холестерина, ввергнуть организм в пучину чревоугодия. Раз живём!
Завершается суббота потрясающим рок-концертом на центральной площади старого города. Это когда толпа с упоением подпевает солисту, а от ударов бас-гитары вибрирует диафрагма.
И, конечно, салют. Народ стонет от восторга и аплодирует авторам фейерверка.
И долгий пеший путь до гостиницы в людской реке. А в номере телевизор включён на каком-то немецком канале. Ну что может показывать немецкий канал в ночь с субботы на воскресенье? Нет, хорошо, что не взяли с собой внуков. Хорошо.
А потом можно лежать, раскинув руки, и слушать, как женщина что-то напевает в душевой кабине. Так выпьем за мужчин, чьи женщины поют в такие минуты!
Неправильно живут люди, просыпающиеся от звона будильника, от рёва автомобильного потока под окном, от грохота мусоропровода за стенкой. Просыпаться надо от пения птиц. Чтобы открыть глаза и сквозь слегка колышущуюся занавеску увидеть, что ещё очень рано, что утро только начинается. Улыбнуться, вспомнив прошедший день, и снова уснуть. А потом опять проснуться, уже от позвякивания посуды во дворе (хозяйка накрывает на веранде стол к завтраку) и лёжа обсуждать программу на воскресенье.
Чему можно посвятить воскресный день в литовском городе Клайпеда? Можно – шопингу. Базар заполнен ширпотребом, доставленным челноками из Польши, Турции и Китая. На другом конце города огромный торговый центр кроме многочисленных бутиков включает кинозал, боулинг, каток, тренажёрный зал, бильярд, пиццерию и прочие радости. Но наша семейная пара шопинг решительно отвергает. И, между нами говоря, правильно делает. Глобализация свела на нет национальные различия в ассортименте предлагаемого товара. Если человека с завязанными глазами переместить в любой из европейских супермаркетов и там развязать ему глаза, навряд ли он сможет определить, где находится: в Берлине, Праге или Стокгольме.
Так что же в таком случае они будут делать в воскресенье?
Тут нам придётся чуток отвлечься для краткого экскурса в географию. Есть в Балтийском море удивительное творение природы – длинный намытый течением полуостров, тянущийся вдоль берега. Если посмотреть на карту, можно заметить, что полуостров напоминает косу. Он так и называется – Куршская коса. Залив, образованный косой, тоже называется Куршским. На выходе из этого залива и расположен город Клайпеда.
Между берегом и косой курсирует паромчик, который за 15 минут доставит вас на косу и примерно за столько же – обратно. На самой косе можно посетить морской музей и океанариум, можно пересечь косу с востока на запад и проваляться весь день на пляже.
Вместо этого наша пара направляется к пункту велопроката, где и обзаводится двумя велосипедами. Своим вытянутым положением коса просто создана для велопрогулок. Видимо эта мысль и сподвигла в своё время поклонников активного отдыха на прокладку велосипедной дорожки. Дорожка эта шириной 2 метра тянется вдоль всего пляжа, закрытая от ветра высокими дюнами. Больше сорока километров хорошо сохранившегося советского асфальта. Больше сорока километров с подъёмами и спусками через сосновый лес и поросшие вереском дюны. Одна забота – не наехать на шмыгающих через дорожку белок, да разъехаться со встречными велосипедистами. А их много. Катят группы туристов с рюкзаками, едут семьи с детьми всех возрастов, буквально – всех. На четвёртом километре встречаемся с семейной парой, у которой велосипед отца оснащён прицепом-коляской с лежащей там новорождённой двойней. Вот, нетерпеливо звякнув звонком, обходит наших туристов на подъёме профессионал – это видно по его экипировке и по тому, как, красиво встав на педали, он преодолевает подъём. Гонял бы на шоссе, — думают по-русски туристы. Сидели бы на печи, — думает по-литовски профессионал.
Как раз на этом месте и происходит то, чего так опасался автор этих строк. С неба на него обрушиваются две капли дождя. Одна падает на кисть правой руки, вторая – на нос. По всей видимости, именно этот катаклизм имели в виду синоптики, предсказав на выходные дожди с грозами.
А вдоль дорожки заботливо установлены километровые столбики. Не доехав совсем немного до столбика с цифрой «10» и усилием воли смирив азарт, латвийские гости после непродолжительного привала отправляются в обратный путь и где-то на полдороги спешиваются. Спешиваются, чтобы, перевалив через песчаную дюну и обнажив усталые тела, упасть в нагретый июльским солнцем песок. Господи, как же хороша эта жизнь! Они загорают и купаются, и снова загорают, и опять купаются. И в напряжённой дискуссии пытаются найти ответ на вопрос: почему в русском языке существительное «голод», как правило, сопровождается прилагательным «волчий»?
Здесь очень уместно отметить, что совсем рядом с паромным причалом, в нескольких десятках метров от него, с незапамятных времён функционирует харчевня с кавказским уклоном. Острее местного харчо только харчо в подвальчике у автобусной станции Сухуми. Незначительно острее, но значительно дальше и недостижимее, будь проклято во веки веков Беловежское соглашение. Это настоящее баранье харчо, вкушать которое, не имея под рукой кружки с пивом, пожароопасно. Достойная награда за 20-километровый велопробег.
Утром на вопрос жены, обеспокоенной странной походкой мужа: не болят ли у него с непривычки ноги, следует остроумный ответ, что как раз ноги не болят. И путь домой с обязательным заездом в Палангу, мекку советского туризма. И 35-градусный зной за бортом. И грандиозная, эпическая, булгаковская гроза, завершающая это двухдневное путешествие, впечатлений от которого хватило бы на неделю обычного отдыха.
Статистикой доказано, что женатые мужчины живут дольше холостых. Кто бы сомневался!
