Архив рубрики: Наши гости

На днях в поле нашего внимания попал сборник «Не только смеха ради», выпущенный московским издательством «Юристъ» в 1998 году. Сборник содержит выписки из протоколов допроса, постановлений суда, заключений экспертов и других юридических документов. С фрагментами из этого сборника мы и предлагаем вам ознакомиться.

Согласно метеосводке днём был сильный ветер и возможно было непроизвольное открывание ветром окон и уноса им вещей. В связи с чем по факту кражи из квартиры Ивановой в возбуждении уголовного дела отказать.

Автокран под управлением Сижука был обнаружен в глубокой канаве в районе ДСУ-12, куда он попал будучи в пьяном виде.

Братья Щегловы взломали замок амбара, набрали зерна и, ожидая подводы на улице, были задержаны на месте бригадиром. В это время другой участник хищения Буров стоял с гражданкой Машиной возле лошади, которая ранее привлекалась к уголовной ответственности за хулиганство.

Он систематическим способом истязания избивает жену, нанося побои кулаками, ногами и другими предметами домашнего обихода.

В ночь с 24 на 25 июня путём разбора печной трубы были проникнуты преступники с похищением из ларька кондитерских изделий на 35 руб. 46 коп.

Читать дальше…

Уважаемые читатели!

Сегодня у нас в гостях коллеги с интернет-сайта det.org.ru. «Говорят дети».

Сын уснул на диване, и папа решил переложить его в кроватку. Взял осторожно на руки, а сынуля сквозь сон:

— Положи, где взял.

Собираю сына гулять, надеваем сапожки. Для ускорения процесса решил ему помочь:

— Давай ножку.

Сын поднимает ногу, мне кажется, что не ту:

— Давай другую.

Он поднимает другую. Я понимаю, что ошибся:

— Давай другую!

Сын удивлённо оглядывается по сторонам и разводит руками:

— А больше нету.

Проверяем слух у врача в поликлинике. Врач шёпотом:

— Конфета.

— Сын (три года) тоже шёпотом:

— Мне нельзя, аллергия.

Читать дальше…

ПЛАЧ ПО ДВУМ ДУНАЙСКИМ СЕЛЁДОЧКАМ

Уважаемый господин Лапидус!
Посетив Ваш магазин «Деликатесы» три дня назад, во вторник 7-го числа, у меня появился аппетит относительно селёдки дунайской свежего посола, по поводу чего я сообщил продавцу Сене отвесить мне две небольших селёдочки стоимостью 4 доллара 80 центов за фунт, причём попросил отвесить из бочки, а не из тех, что валялись на прилавке. Продавец же Сеня, сделав вид, что он глухой, отвесил мне две селёдочки, но таки да из тех, что валялись на прилавке, заявив при этом — 3 доллара 28 центов. Я вежливо указал продавцу Сене, что он неправ и что мне хотелось бы иметь две селёдочки из бочки, на что продавец Сеня послал меня к едрёной матери, без видимых на то оснований.

Поскольку моё здоровье было основательно подорвано на строительстве Беломорско-Балтийского канала, а в настоящее время я — пенсионер под названием Синиор Ситизен, то у меня не было никаких сил противостоять продавцу Сене, который, как Вы знаете, здоров, как бугай, поэтому я взял упомянутые две селёдочки, уплатив 4 доллара фудстемпами и получив 72 цента сдачи. В тот же самый день, во вторник 7-го числа, ко мне обещал зайти после тяжёлой работы мой зять Гриша, и я имел намерение сварить картошечки, которую я взял накануне в овощном магазине, чтобы есть её вместе с селёдочкой и зятем Гришей, а также выпить смирновской водки, оставшейся у меня в холодильнике после прошлогоднего праздника Пурим.

Однако, придя домой и развернув покупку, мне пришлось сильно разочароваться, так как две селёдочки были так похожи на дунайские, как папа римский на артиста Лемешева, и от них шёл тяжёлый специфический дух, какой бывает в местах общественного пользования — Вы знаете, о чём я говорю.

В результате сильного шока и нервного потрясения, вызванного видом двух купленных селёдочек, я слёг на кровать, где лежу уже три дня, и не имею возможности лично зайти к Вам в магазин «Деликатесы»,чтобы швырнуть эти селёдочки продавцу Сене в лицо, поэтому высылаю их Вам почтовой бандеролью и требую возместить все мои расходы, а именно: 3 доллара 28 центов за две селёдочки, 1 доллар 17 центов за бандероль и 5 центов для круглого счёта за нервное потрясение, итого на общую сумму 4 доллара 50 центов.

С искренним уважением —
Михаил Аронович Копштейн.

Читать дальше…

Сегодня в гостях у газеты «Два пальца» газета «7 Секретов» со своей рубрикой «Непридуманные истории». Добро пожаловать на наши страницы, коллеги! Читаем.

Возвращалась тут как-то с работы. Иду от метро в сторону дома, никого не трогаю. И тут подруливает ко мне дядька – рожа побитая, рубаха на груди порвана, запах соответствующий – и без предисловий так, просто протягивает руку и произносит:
— Дай семь рублей пятьдесят копеек!
Я аж опешила. И от самого факта просьбы, и от конкретности названной суммы. Пока стояла в замешательстве и пыталась уложить всё это в голове, мужик добавил драматизму:
— Дай! Очень надо. Ну не у людей же мне просить!

Сестрёнка младшая выходит замуж. Приехали на свадьбу всей семьёй – я, муж, двое детей. Остановились у родителей. Слышу, мама рассказывает моим мелким, как всё будет происходить, ну и про традиции свадеб в том числе.
— …А потом мы будем продавать невесту, а жених будет выкупать её. Это будет в игровой форме.
Сын как-то с сомнением:
— Её будут покупать за деньги? Как вещь? Как машинку, что ли, игрушечную?
— Ну да. Но это игра такая.
— Игры у вас какие-то дурацкие!

Читать дальше…

Всем известен литературный жанр под названием «Байки». Сразу оговорюсь, речь не идёт о мотоциклах (Bike). Речь идёт о забавных случаях и историях, приключившихся в реальной жизни, ну и, разумеется, в силу фантазии рассказчика, по-нашему — байкера, слегка приукрашенных, куда ж без этого.

Пожалуй, самыми популярными в этой области являются театральные байки, скажем, хит про Волобуева с его мечом. Из театральных баек в качестве отдельной темы можно выделить байки о музыкантах. Существуют байки о медиках, особняком – о медиках скорой помощи. Думаю, в среде представителей любой профессии циркулируют россказни о смешных случаях, характерных именно для этой профессии. Не удивлюсь, если есть байки об электриках и отдельно – об электриках 3-й группы с допуском на выполнение работ в установках до 1000 вольт.

Ещё вот что. Как правило, у баек нет автора, поскольку истории эти передаются из уст в уста наподобие анекдотов. Ну какой автор может быть у анекдота?

Сегодня мы предлагаем вашему вниманию несколько историй из жизни учёных. Итак, перед вами научные байки.

Эта история случилась с Игорем Таммом, лауреатом Нобелевской премии по физике 1958 года.

Во время гражданской войны Тамм, в те времена профессор физики в Одессе, заехал в соседнюю деревню с целью обменять серебряные ложки на цыплят. И как раз в это время деревню захватила одна из банд Махно. Увидев человека в городской одежде, бандиты привели Тамма к атаману – бородатому мужику в лохматой шапке, перевязанному пулемётными лентами и парой гранат на поясе.

— Сукин ты сын, коммунистический агитатор,- наставил на Тамма маузер атаман,- ты зачем подрываешь мать Украину?

— Вовсе нет,- ответил Тамм,- я профессор Одесского университета и приехал сюда добыть хоть немного еды.

— Брехня!- воскликнул атаман, какой ты профессор?

— Я преподаю математику.

— Математику?- переспросил атаман,- тогда найди мне оценку приближения ряда Макларена первыми n-членами. Решишь – выйдешь на свободу, нет – расстреляю.

Тамм не мог поверить своим ушам: задача относилась к довольно узкой области высшей математики. Дрожащими руками он сумел-таки вывести решение и показал его атаману.

— Верно!- произнёс атаман,- теперь я вижу, что ты и впрямь профессор. Ну что ж, ступай домой.

До конца своих дней Тамм мучился вопросом, кем был коллега, с которым его свела судьба в той деревне?

Отец кибернетики Норберт Винер славился чрезвычайной забывчивостью. Когда его семья переехала на новую квартиру, его жена положила ему в бумажник листок, на котором записала их новый адрес, чтобы он смог найти дорогу домой. Тем не менее, в первый же день, когда ему на работе пришла в голову очередная идея, он полез в бумажник, достал оттуда листок с адресом, написал на его обороте несколько формул, понял, что идея неверна и выкинул листок в мусорную корзину.

Вечером, как ни в чём не бывало, он поехал по своему прежнему адресу и, никого там не обнаружив, вышел на улицу, подошёл к стоявшей неподалёку девочке и сказал:

— Извините, возможно вы помните меня. Я профессор Винер, и моя семья недавно переехала отсюда. Вы не могли бы сказать, куда именно?

Девочка выслушала его и ответила:

— Да, папа, мама так и думала, что ты это забудешь.

Однажды в Копенгагене один американский учёный нанёс визит известному физику Нильсу Бору.

Человек был очень удивлён, когда над рабочим столом знаменитого физика обнаружил прибитую к стене подкову, которая располагалась ветвями вверх, что согласно поверью, должно было символизировать «полную чашу», привлекать удачу и не давать ей выплеснуться.

Американец с нескрываемым удивлением спросил:

— Профессор, мне казалось, что, как учёный, вы не верите в приметы и амулеты. Неужели вы всерьёз считаете, что эта подкова может приносить удачу?

Посмеиваясь, Нильс Бор ответил визитёру:

— Дорогой друг, вы совершенно правы, я действительно не верю в приметы и считаю их абсолютной чепухой. Но говорят, подкова приносит удачу независимо от того, верит человек в это или нет.

Американский физик Роберт Вуд прослыл любителем острых ощущений и экспериментов. Как-то раз он решил поставить рискованный опыт – испытать на себе действие наркотика.

Раздобыв опиум и накурившись этого зелья, он вскоре впал в забытьё.

Когда же сознание вновь вернулось, он вспомнил, что, находясь в одурманенном состоянии, напал на какую-то чрезвычайно глубокую и важную научную идею, но на какую именно – начисто вылетело из головы. Тогда он решил повторить опыт в надежде, что ему посчастливится вновь обрести ускользнувшую мысль.

И действительно, как только начало сказываться наркотическое действие опиума, забытая мысль не замедлила возникнуть в уме учёного. Чувствуя, что сознание вот-вот покинет его, Вуд сумел в последний момент сконцентрировать волю, записать идею на бумажке и впал в беспамятство.

Очнувшись, он с ликованием подумал об удачном исходе столь трудного и опасного опыта, дрожа от нетерпения и пережитого, поспешно развернул бумажку с драгоценной записью и прочёл: «Банан велик, а кожура ещё больше».

Последнее время на страницах печатных и итнрнет-изданий появляются многочисленные публикации, посвящённые правилам хорошего тона. Эти правила призывают мужчин не надевать носки с босоножками и ни в коем случае не застёгивать нижнюю пуговицу пиджака. А женщинам объясняют, что декольте, в разрезе которого виден пупок, несовместимо с понятием «деловой костюм». Мы решили, что наша газета не должна оставаться в стороне от тренда, в смысле – выпадать из мэйнстрима, и в связи с этим публикуем произведение писателя Константина Мелихана. Здесь я делаю широкий жест рукой и, уподобляясь ведущему концерта, радостно выкрикиваю: «Встречайте!»

КАК СЕБЯ ВЕСТИ (Тест)

Должен ли джентльмен предложить даме сходить в театр, чтобы побыть дома одному?

Может ли джентльмен выплёвывать арбузные косточки, если лицо дамы не прикрыто вуалью?

В какой руке должен джентльмен держать вилку, если в левой руке он держит котлету?

Должен ли джентльмен уступить даме место, если его место на скамье подсудимых?

Может ли джентльмен пригласить даму в ресторан, если он ещё не выучил уроки?

Может ли джентльмен купить даме цветы, если жена дала ему деньги на картошку?

Может ли джентльмен бить даму козырным тузом?

Может ли джентльмен завести нового сына, если старый сын не слушается?

Должен ли джентльмен пожелать даме спокойной ночи, если спокойной ночи дама не желает?

Должен ли джентльмен, если он взял в долг?

Должен ли джентльмен помочь даме выбраться из машины, если машина стиральная?

Может ли джентльмен просить у дамы руки, если его не держат ноги?

Может ли джентльмен осыпать даму цветами, если цветы в горшках?

Должен ли джентльмен оставить даму в покое, если покой приёмный?

Может ли джентльмен попросить сына поиграть для гостей на скрипке, если они не уходят?

Должен ли джентльмен поднять бокал за даму, если дама не в состоянии поднять бокал сама?

Должен ли джентльмен пахать на зоне, если дама утверждает, что эта зона эрогенная?

Должен ли джентльмен подняться с колен, если дама устала его держать за шиворот?

Должен ли джентльмен метать гром, если дама не может расстегнуть молнию?

Может ли джентльмен употреблять одеколон, если кончилась водка?

Должен ли джентльмен вытирать ноги перед дверью, если перед ней лежит другой джентльмен?

Может ли джентльмен снять с дамы пальто, если оно понравилось жене джентльмена?

Может ли джентльмен гладить бельё, если оно надето дамой?

Может ли джентльмен взять деньги, если ему их не дают?

Должен ли джентльмен подарить жене колготки, если она нашла их у него в кармане?

Итак. Если вы ответили на все вопросы, вы – джентльмен, а если продолжаете их задавать, вы – дама.

Сегодня нашим гостеприимством воспользовался один из самых ярких представителей английского юмора – писатель 19 века Джером Клапка Джером с фрагментом одного из своих рассказов. Добро пожаловать на страницы «ДП», уважаемый мэтр!

Однако самую печальную историю из всех, какие я слышал в связи с бульдогами, рассказала мне моя тетушка, и произошла она с ней самой.

Вы смело можете поверить этой истории, потому что она исходит не от меня, а от моей тетушки, никогда не осквернявшей себя ложью. Эту историю вы можете рассказать язычникам, чувствуя, что учите их истине и творите добро. Во всех воскресных школах нашей местности эту историю рассказывают с нравоучительной целью. Она из тех историй, которым поверят даже маленькие дети.

Произошло это еще во времена кринолинов. Тетушка, жившая тогда в одном провинциальном городке, однажды утром отправилась за покупками и остановилась на Хай-стрит, чтобы поболтать со своей приятельницей, миссис Гамворси, женой местного врача. Она (моя тетушка) была в то утро в новом кринолине, в котором, по ее собственному выражению, неплохо выглядела. Это было огромное сооружение, негнущееся, как решетка, и прекрасно _сидевшее_ на ней. Дамы стояли перед магазином Дженкинса, торговца сукнами. Тетушка полагает, что нижний обруч кринолина каким-то образом приподнялся. Так или иначе, но рослый и сильный бульдог, все время вертевшийся около них, ухитрился юркнуть под кринолин моей тетушки и очутился там в плену. Попав внезапно в темную, мрачную камеру, бульдог, разумеется, испугался и стал бешено рваться наружу. Но куда бы он ни прыгал, он всюду натыкался на кринолин. Стремясь вперед, он увлекал за собой кринолин, а вместе с ним мчалась и тетушка.

Никто не понимал, что происходит. Сама тетушка не знала, в чем дело. Никто не видел, как бульдог забрался к ней под кринолин, зато все увидели, что степенная, всеми уважаемая немолодая дама внезапно и беспричинно бросила свой зонтик, понеслась по Хай-стрит со скоростью десять миль в час, с опасностью для жизни перебежала через улицу, повернула назад и домчалась по другой стороне, затем боком, как рассерженный краб, ввалилась в бакалейную лавку, три раза обежала ее кругом, задев и опрокинув все, что было на прилавке, выскочила, пятясь, на улицу, сбила с ног почтальона, кинулась на мостовую, где завертелась волчком, с минуту постояла в нерешительности, а потом снова пустилась бегом в гору, да так, будто с цепи сорвалась. При этом она вопила, чтобы хоть кто-нибудь ее остановил. Все думали, конечно, что она сошла с ума. Люди шарахались от нее, летели, как солома, гонимая ветром. Через пять секунд Хай-стрит стал пустыней. Обыватели попрятались, кто в лавки, кто в дома, и забаррикадировали двери. Особо храбрые мужчины выскакивали, хватали маленьких детей и под одобрительные крики уволакивали их домой. Кучера и возницы, оставив экипажи и телеги, карабкались на фонарные столбы.

Неизвестно, что случилось бы, если бы это приключение затянулось. Паника была так сильна, что мою тетушку, может быть, застрелили бы или окатили водой из пожарной кишки. К счастью, она выбилась из сил. Издав вопль отчаяния, она рухнула на землю и, шлепнувшись на собаку, задавила ее. И тогда в тихом провинциальном городке снова водворилось спокойствие.

И опять без указания автора. Увы. 

— Ало, ало, пожарна? Срочно приезжайте — горыть!
— Адрес?
— Герцель, 34, кв. 12.
— Герцель? Это где?
— Та, напротив шука.
— Напротив чего?
— Та шука! Вы шо, на шуке не булы?
— Говорите конкретно. Какой это район?
— Та Ромема ж! Горыть. Хватит там расспрашивать, приезжайте, а потом я вам все расскажу.
— Но куда? Адрес?
— Так я ж сказала — Герцель, шоб он сдох, 34.
— Куда ехать?
— Та шо там ехать! Пешком можно пройти. Это в центре. Давайте срочно!
— Как к вам проехать?
— Та к нам все автобусы ходять.
— Мы не знаем, где это. Это что, новый район?
— Та який там новый! Такий большой дом, полно мароканцев.
— Каких еще мароканцев?
— Та мароканских. Вы шо, мароканцев не бачилы? Чорные такие у трусах. Златая цепь на дубе том. Кричат все время.
— А, грузины?
— Та яки там грузины? Мароканцы! Ну музыка у них такая занудливая — дрин, дрин.
— А, казахи?
— Та идить вы в жопу со своими шуточками. Нашли время. Вы приедите или нет?
— Но мы не знаем такой улицы!
— Ну, едите по Яфо, сворачиваете налево и ось вам Герцель.
— По Яфо?
— Ну а как же еще? Яфо це ж центральная улица, ее все знають!
— Вы откуда звоните?
— Та из дому звоню. Горить все!
— Говорите конкретно — как к вам проехать?
— Та я ж сказала — по Яфо и налево. Вам любой скажет. Герцель. Вы шо, про Герцеля не слышали? Ну, с бородой такой, обещав всем счастливую жизнь.
— А, Маркс?
— Та який там Маркс? Вы довыя#уваетесь, шо все сгорыть. Вы едите чи не?
— Проспект Маркса, 34? Здесь никакого пожара нет.
— Засуньте вашего Маркса себе в пожарну машину! Я говорю — Герцель!
— Вы откуда звоните?
— Та с Ерусалиму, шоб он сгорел.
— А чего ж вы в Киев звоните?
— А куды ж мне еще звонить, як воны тута человеческого языка не понимають. Так вы им позвоните и по-своему, по-пожарному объясните. Горыть!

Сегодня паузу в наших публикациях заполняет писатель с неповторимым чувством юмора — Михаил Зощенко.

АГИТАТОР

Сторож авиационной школы Григорий Косоносов поехал в отпуск в деревню.
— Ну что ж, товарищ Косоносов,— говорили ему приятели перед отъездом,— поедете, так уж вы того, поагитируйте в деревне-то. Скажите мужичкам: вот, мол, авиация развивается… Может, мужички на аэроплан сложатся.
— Это будьте уверены,— говорил Косоносов,— поагитирую. Что другое, а уж про авиацию, не беспокойтесь, скажу.
В деревню приехал Косоносов осенью и в первый же день приезда отправился в Совет.
— Вот,— сказал,— желаю поагитировать. Как я есть приехадши из города, так нельзя ли собрание собрать?
— Что ж,— сказал председатель,— валяйте, завтра соберу мужичков.
На другой день председатель собрал мужичков у пожарного сарая.
Григорий Косоносов вышел к ним, поклонился и, с непривычки робея, начал говорить дрожащим голосом.
— Так вот, этого…— сказал Косоносов,— авияция, товарищи крестьяне… Как вы есть народ, конечно, тёмный, то, этого, про политику скажу… Тут, скажем, Германия, а тут Керзон. Тут Россия, а тут… вообще…
— Это ты про что? — не поняли мужички.
— Про что? — обиделся Косоносов.— Про авияцию я. Развивается, этого, авияция… Тут Россия, а тут Китай.
Мужички слушали мрачно.
— Не задёрживай! — крикнул кто-то сзади.
— Я не задёрживаю,— сказал Косоносов.— Я про авияцию… Развивается, товарищи крестьяне. Ничего не скажу против. Что есть, то есть. Не спорю…
— Непонятно! — крикнул председатель.— Вы, товарищ, ближе к массам…
Косоносов подошёл ближе к толпе и, свернув «козью ножку», снова начал:
— Так вот, этого, товарищи крестьяне… Строят еропланы и летают после. По воздуху то есть. Ну, иной, конечно, не удержится — бабахнет вниз. Как это лётчик товарищ Ермилкин. Взлететь — взлетел, а там как бабахнет, аж кишки врозь…
— Не птица ведь,— сказали мужики.
— Я же и говорю,— обрадовался Косоносов поддержке,— известно — не птица. Птица — та упадёт, ей хоть бы хрен — отряхнулась и дальше… А тут накось, выкуси… Другой тоже лётчик, товарищ Михайл Иваныч Попков. Полетел, всё честь честью, бац — в моторе порча… Как бабахнет…
— Ну? — спросили мужики.
— Ей-богу… А то один на деревья сверзился. И висит, что маленький. Испужался, блажит, умора… Разные бывают случаи… А то раз у нас корова под пропеллер сунулась. Раз-раз, чик-чик — и на кусочки. Где роги, а где вообще брюхо — разобрать невозможно… Собаки тоже, бывает, попадают.
— И лошади? — спросили мужики.— Неужто и лошади, родимый, попадают?
— И лошади,— сказал Косоносов.— Очень просто.
— Ишь черти, вред им в ухо,— сказал кто-то.— До чего додумались! Лошадей крошить… И что ж, милый, развивается это?
— Я же и говорю,— сказал Косоносов,— развивается, товарищи крестьяне… Вы, этого, соберитесь миром и жертвуйте.
— Это на что же, милый, жертвовать? — спросили мужики.
— На ероплан,— сказал Косоносов.
Мужики, мрачно посмеиваясь, стали расходиться.

На бескрайних просторах интернета нашли мы этот рассказ. К сожалению, имя автора выяснить не удалось. Будем благодарны нашим читателям, если они помогут нам установить авторство.

В доме №3 по Голещихинскому переулку пропала вода. Приехал экскаватор, выкопал во дворе яму двухметрового роста, искал трубы, но не нашел. Рабочие посмотрели в яму, огорчились, плюнули и решили завязать с археологией до утра.
Поздно вечером дядя Митя шел домой и упал в яму. Он не знал, что она есть во дворе, просто шел наугад и нашел ее. Правда, рабочие оставили ограждение в двух местах — с передней стороны ямы, и с задней, никто ведь не предполагал, что дядя Митя зайдет с флангов.

Оказавшись внизу, дядя Митя захотел выбраться на волю, в пампасы, но потерпел неудачу. Дядя Митя начал громко кричать то, что полагается кричать при падении в яму. Вы знаете все эти слова, я не буду их перечислять.

Читать дальше…