Контрасты

4 ноября я проснулся от тишины. Так бывает, когда не пользуешься будильником. Ну как — проснулся, правильнее сказать начал просыпаться. И первой мыслью пробуждающегося сознания стала – почему поезд стоит? Через какое-то время, приоткрыв глаза, я понял, что лежу не на полке пассажирского вагона поезда «Москва-Рига», а на родном ложе у себя дома, в Лиепае, а светлый цвет штор говорит о том, что за оком утро.

Некстати вспомнилась история, приключившаяся однажды с моим другом. Пока не забыл. Он в компании с приятелем отмечал какое-то значительное событие. Отмечали они самоотверженно и ближе к полуночи поняли, что на старте не подрасчитали с запасами, то есть, не хватило. Как всегда. Что делать? Магазины закрыты, а душа просит продолжения банкета. И они отправились на вокзал, где в ресторане работала знакомая официантка. Поехали на трамвае и под перестук колёс задремали, что естественно. Под тот же перестук мой друг от толчка трамвая проснулся, глянул в окно и в полном недоумении обнаружил, что поезд, в котором он едет, в черте Риги пересекает по железнодорожному мосту Даугаву. Напротив нахально спал приятель. Светало.

Однако отвлеклись. Замечу лишь, что общее между двумя эпизодами с пробуждением – только утро и железная дорога. Только.

Дело в том, что накануне я приехал из Москвы, где мы с женой были в гостях у младшего сына. Сын сменил место жительства с Латвии на Россию по причинам отнюдь не политическим. Банально уехал от экономической депрессии и связанных с этим проблем, как, впрочем, большинство его друзей и одноклассников, разлетевшихся по всему свету. Живёт с женой во Владимире.

Интересна их история, которую с полным основанием можно назвать романтической. Они с первого по четвёртый класс вместе учились. А по окончании четвёртого класса отец девочки, военный моряк, перевёз семью в Россию. Ему претила роль оккупанта, отведённая новой властью. И тут выяснилось, что детей связывало нежное чувство. Я об этом и знать не знал, а жена потом рассказала, что наш ромео, узнав о предстоящей разлуке, даже расплакался, уткнувшись в мамины колени. На этом бы и закончилась повесть, печальнее которой, как известно, на свете нет, кабы не всемирная паутина. Через несколько лет они нашли друг друга в сети. Потом был брак, заключённый на небесах, и свадьба в Лиепае. А потом молодая жена утащила мамину кровиночку во Владимир.

С тех пор, общаясь по скайпу, мы выслушивали их настойчивые приглашения в гости и, наконец, решились — выправив визы и оставив кошку на попечение старшего сына, отправились в Россию, в которой не были с горбачёвских времён. Последний раз, пользуясь московским метро, я закидывал в автомат турникета пятаки с изображением советского герба. Исколесив за это время практически всю Европу, посетить Россию мы всё как-то не находили повода. И вот поехали. Настоящие записки продиктованы желанием поделиться впечатлениями от этой поездки, а назвать их можно было бы, скажем, так: «Россия – страна контрастов», или «Владимир – город контрастов», или просто «Контрасты». На чём и остановились. Но, обо всём по порядку.

Здесь, очевидно, будет уместным сказать о том, что представление о современной жизни в России я до поездки имел – живём мы не за железным занавесом, так что каких-то потрясений, столкнувшись с реальной действительностью, я не испытал. Но неожиданности, не скрою, были. И одна из первых произошла на вокзале в Риге, когда я получил в пункте обмена валюты банкноты с тремя нулями. Спрашивается, что, я не знал о курсе рубля? Да знал, конечно, — по каналу «Евроньюс» эта информация проходит каждые полчаса. Но одно дело видеть цифры на экране телевизора глазами, а другое – пересчитывать эти тысячи руками. На Рижском вокзале, уже в Москве, я только нечеловеческим усилием воли заставил себя заплатить за два пирожка. Ну просто рука не поднималась! А, услышав там же от таксиста цену на не столь протяжённый маршрут, мы с женой переглянулись, отошли в сторонку и, глядя друг на друга, долго шевелили губами. И вот так было во многих других ситуациях. Адаптация потребовала определённого времени.

Попасть из Москвы во Владимир очень просто. Надо переехать с Рижского вокзала на Курский, сесть на скоростной поезд «Ласточка» и через полтора часа попасть в объятия детей, по которым мы очень соскучились. Но повидать детей было хоть и главной целью поездки, но не единственной. В Москве мы загодя сняли апартаменты на четверых, где и разместились на двое суток. А вечером того же дня уже дети попали в наши объятия, приехав на выходные в столицу.

Я очень люблю Москву, у меня с этим городом много связано. Поэтому использовать её лишь в качестве пункта пересадки я не мог. В нашем распоряжении было два дня, которых для свидания с таким городом, как Москва крайне мало. За два дня Москвой не надышишься. Но мы использовали это время очень продуктивно. Разместившись по месту проживания и оставив там вещи, отправились на Манежную площадь, где купили билеты на три маршрута обзорной экскурсии. Билеты были действительны два дня, в течение которых мы, воткнув в уши таблетки наушников, объехали самые важные и характерные места города сначала вдвоём, а на следующий день уже вчетвером.

Работа фирмы, услугами которой мы воспользовались, была организована очень остроумно. Её двухэтажные автобусы выкрашены в красный цвет, и их невозможно перепутать с общественным транспортом. Мы могли выйти из автобуса на любой остановке маршрута у объекта, который нас особенно заинтересовал, а потом, предъявив билеты, сесть на той же остановке или на любой другой в такой же автобус, курсирующий по маршруту.

Таким образом, мы ознакомились в сжатые сроки с новой Москвой, объехав центр города, набережную Москвы-реки, Воробьёвы горы, деловой район Москва-Сити… И всё это под неумолкаемый голос виртуальных экскурсоводов, рассказ которых, правда, не всегда совпадал с видом из окна. Проезжая, например, мимо Большого театра, мы узнали, что «Здание ГУМа до пятьдесят седьмого года носило название Верхние торговые ряды, а в том виде, в котором существует сейчас, было возведено в конце девятнадцатого века. Здание построено в псевдорусском стиле и является памятником архитектуры». Мы побывали в недавно открытом парке «Зарядье», заглянули на Арбат, любовались панорамой на все четыре стороны света со смотровой площадки храма Христа Спасителя, дивились размаху работ на ВДНХ, гуляли по Красной площади, по Александровскому саду, по ночной Москве.

Москва грандиозна, она достойно несёт звание столицы России. За те тридцать лет, что прошли с нашей последней встречи, она, несомненно, похорошела. Но особенно радует то, что повсюду видны свидетельства развития – строительства и реконструкции.

На реке баржи с горами гравия, на автострадах самосвалы со щебнем, панелевозы, во всех районах, включая самый центр, башенные краны, дикторы в метро обещают ввод новых линий и открытие новых станций. В Москве можно недорого поесть и по доступной цене переночевать.

Правда, говорят, что Москва – не Россия. Убедиться в этом мы смогли, приехав во Владимир, древний русский город, областной центр с населением 350 тысяч человек. А, приехав, тут же испытали шок. Словоохотливый таксист сказал нам, что в центре в это время суток постоянные пробки, и чтобы быстрей добраться до места, мы поедем в объезд. Таким образом, приехав впервые во Владимир и не видя центра города, мы сразу увидели его изнанку. Пробок на объездной дороге не было, что правда, то правда, но видя, как мучительно водитель на первой передаче преодолевает колдобины и объезжает совсем уж глубокие лужи, я усомнился в том, что проиграв в расстоянии, мы выиграем во времени. Порой, рискуя сжечь сцепление, он замедлял движение до скорости пешехода, так что, сказать, что пейзаж за окном промелькнул, было нельзя. Увы. С обеих сторон улочка была окружена строениями частного сектора, частью заброшенными. Сараи с провисшей кровлей и заборы, подпёртые кольями, тоже глаз не радовали.

Потом мы выехали на городскую магистраль, и через несколько минут машина остановилась у здания, которые в народе прозвали «хрущёвками». Наша молодёжь недавно въехала в однокомнатную квартиру, пребывающую сейчас в состоянии ремонта. Мы решили не тесниться всю предстоящую неделю в ней вчетвером, а поступили так же, как поступили в Москве, то есть опять сняли апартаменты. От дома детей до «нашего» дома было десять минут хода, что позволяло нам ежедневно, а по большей части – ежевечернее ходить друг к другу в гости.

Надо сказать, что с проживанием в апартаментах мы столкнулись впервые, останавливаясь до этой поездки в гостиницах, и поняли, что при индивидуальном туризме такой вариант размещения предпочтительней. На время проживания в новом городе вы снимаете квартиру со всеми удобствами и, произведя оплату авансом, пользуетесь ей как своей собственной.

Выйдя из машины и разгрузив чемоданы, мы оглядели дом, дающий нам приют на семь суток. Это была пятиэтажка с выкрашенным по кирпичу фасадом, с балконами разной степени обустройства и ухоженности, с железными дверями подъездов, заклеенных разными объявлениями. Напротив нашего подъезда стояли переполненные мусором контейнеры. На газонах с увядшим бурьяном вкривь и вкось стояли запаркованные жильцами авто. В землю были вбиты столбы из вторично используемых труб разного диаметра, между которыми натянуты цепи и проволока. Висящие замки красноречиво говорили о том, что стояночное место застолблено за конкретным автовладельцем. Застолблено в прямом смысле этого сурового слова. Пейзаж дополняли переплетения теплотрасс и газовых магистралей, проложенных над поверхностью земли. Сказать, что я был подавлен – ничего не сказать. Фантазия услужливо нарисовала облик квартиры, в которую нам предстояло вселиться, с покоробившимся ещё советским линолеумом, фанерованным шкафом с кирпичом вместо одной из ножек и текущим сливным бачком с приводом в виде цепочки.

Нам открыла дверь молодая девица. Она передала нам ключи, попросила поливать цветы и, пожелав счастливого проживания, удалилась.

Однокомнатная квартира была перестроена в стиле студии и оборудована безупречно. Жилая комната переходила с одной стороны в крошечную кухню со столиком, холодильником, микроволновкой, электрочайником и электроплитой, с посудой и даже какими-то продуктами, кофе – в том числе, а с другой стороны — в прихожую со встроенным шкафом, в котором стояла гладильная доска, утюг, висели плечики для одежды, и было сложено постельное бельё. Из прихожей через дверь с полосками из матового стекла можно было пройти в санузел с унитазом, умывальником, ванной с душем за шторкой и стиральной машиной. Тут же лежали стопкой белоснежные банные полотенца, две зубные щётки в упаковке и банные тапочки в запечатанном целлофане.

В самой комнате стояла большая двуспальная кровать с тумбочками по бокам, электрокамин и плазма на нём с неисчислимым количеством программ. Перед камином – раскладной диван, который при необходимости мог служить двуспальным местом. Сверху – натяжной потолок с лампочками общего освещения, снизу – дубовый ламинат с лежащим на нём длинноворсовым белым ковром-шегги. Кругом стерильная чистота.

Я не поверил глазам. Где я? Подошёл к окну, отдёрнул штору. На заросшем бурьяном газоне вкривь и вкось стояли машины. Задёрнул штору. Владимирские апартаменты по соседству с троллейбусной остановкой «Черёмушки» в сравнении со вчерашними московскими, что в двух шагах от станции метро «Маяковская», не оставляли последним ни малейшего шанса.

Путешествовать по России в межсезонье – муки. По Москве я передвигался с мокрой спиной, хотя одет был в лёгкую распахнутую куртку. Табло на одном из зданий высветило температуру +17. Через три дня градусник за окном во Владимире показал минус пять. От пронизывающего ветра не спасала ни та же куртка, с поднятым воротником, застёгнутая наглухо, ни шарф, намотанный вокруг шеи, ни опущенные уши кепки. Гуляя по городу, мы с женой старались перемещаться против ветра на общественном транспорте (23 рубля за билет на троллейбусе) и только по ветру – пешком, и то – перебежками от магазина к магазину, от музея к кафе.

Продолжение следует.

Запись опубликована в рубрике Проза. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *