Исцеление

Существует мнение, бывших пьяниц не бывает — мол, алкоголизм неизлечим. Не скажите.

Этот случай произошёл в Лиепае, дай Бог памяти, в начале 2000-х, и с лёгкой руки Михаила Задорнова, светлая память земляку, разошёлся по Интернету. Разошёлся, обрастая самыми невероятными подробностями. А вот как всё было на самом деле.

На южном въезде в город со стороны Литвы, на самой его границе, во времена, когда Лиепая входила в состав Российской империи и называлась Либавой, был возведён комплекс укреплений для защиты города с юго-запада. Для нашего рассказа важно упомянуть о вырытых вокруг крепости рвах, заполненных водой. Рвы соединялись каналом с озером. Рвы сохранились до сих пор, а канал частично зарос камышом и с годами превратился в большой пруд, в котором водится рыба, гнездятся лебеди, а на берегах орудуют бобры.

И вот приезжает в Лиепаю цирк шапито. Ну, как – цирк? Скорее, это был зверинец с нехитрой программой, рассчитанной на провинциальных зрителей, а в первую очередь – на детишек, которых приводили в восторг прирученные животные – пара пожилых обезьян, флегматичный удав, горластый попугай с непредсказуемым лексиконом и, конечно, слон, а вернее – слониха по имени Софи.

При слове «шапито» у пожилого человека возникают воспоминания из советского прошлого, связанные с приездом в город цирка со своим оркестром и обширной программой, включающей выступления Заслуженных и Народных артистов: иллюзиониста, воздушных акробатов, клоунов, жонглёров и, конечно, дрессировщика с группой хищников. Тигры огрызались на дрессировщика и неохотно прыгали в горящий обруч. Представления проходили под разборным брезентовым сооружением, вмещающим несколько сотен зрителей.

Цирк, о котором пойдёт речь в нашем повествовании, обходился без оркестра, а демонстрировал программу под музыку из динамиков в палатке, способной принять при аншлаге не больше ста человек. Цирк в ходе турне приехал в Лиепаю из соседней Клайпеды и расположился на согласованном с городской администрацией месте, а именно – на живописном берегу того самого пруда на границе города, в прямой видимости жилого микрорайона с названием, переводимым с латышского языка как «Приозерье».

В одной из многоэтажек микрорайона и жил герой нашей истории. Он слыхом не слыхивал о прибывшем в город цирке, поскольку вот уже неделю, как находился в состоянии глубокого запоя. Судьбу несчастного можно назвать типичной для своего времени. По профессии универсальный сварщик, он работал на крупном заводе союзного подчинения, выдавшего ему в своё время ключи от благоустроенной квартиры. Когда предприятие в числе прочих закрылось, сварщик остался без работы, перебивался случайными заработками, а утешение находил во всё возрастающем потреблении алкоголя. После того, как жена, забрав ребёнка, ушла к маме, систематическое пьянство перешло в череду запоев от халтуры – до халтуры.

И вот просыпается он в своей заваленной пустыми бутылками берлоге в час ночи, не осознавая ни даты, ни времени суток, обшаривает все углы в поисках спиртного и не находит его. Он идёт в ванную, где с омерзением пьёт из-под крана тепловатую воду, поднимает голову и видит в треснувшем зеркале заросшую недельной щетиной физиономию, отдалённо напоминающую человеческое лицо. И тут что-то происходит в его мутном сознании. Пытаясь примириться с пробуждающейся совестью, он трясущимися руками собирает бутылки в полосатый баул, выносит ненавистный груз в прихожую, после чего тщательно моет загаженный пол, несколько раз меняя воду. Электронные часы на стене показывают второй час. Поскольку за окном темно, он понимает, что часы имеют в виду отнюдь не полвторого дня. Он раскрывает окно и с наслаждением вдыхает свежий воздух ночной прохлады, смотрит на мерцающую за домами в свете луны воду и вдруг решает встретить близкий рассвет за давно забытым занятием – за рыбалкой. Достаёт с антресолей мешок с надувной лодкой, удочку в чехле, кладёт в пакет в качестве наживки горбушку хлеба, пропитанную подсолнечным маслом, и, неуверенно передвигая слабые ноги, отправляется к прудам.

На берегу темно, городского освещения тут нет, а тремор в руках дополнительно усложняет сборку и накачку лодки. Короче, когда наш сварщик выгребает на середину пруда и делает первый заброс, небо за домами жилмассива уже начинает заметно светлеть. Наступает вожделенное для рыбака время суток – утренняя зорька. И всё бы хорошо, но только со стороны моря наползает густой туман. Туман настолько плотный, что невозможно было бы сосчитать пальцы на вытянутой руке, приди в больную голову рыболова идея считать пальцы.

В цирковом фургоне среди ночи просыпается слониха, беспокойно постанывает, переступая по толстому дощатому полу. Разбуженная скрипом рессор фургона, зябко поёживаясь от ночной прохлады, к ней идёт жена дрессировщика: «Ну что, милая, не спится? Опять ноги?» Их связывает многолетняя дружба. Софи благодарно кладёт тяжёлый хобот на плечо хозяйке, вздыхает. Женщина знает, что помочь подопечной может тёплая ванночка. Но это в стационарном стойле. А где она возьмёт ванночку на гастролях в чужом городе? И тут к ней приходит спасительная мысль. Она защёлкивает карабин длинного поводка на массивном ошейнике слонихи, выводит её на берег пруда и, показывая пример, входит босыми ногами в воду. По сравнению с росой вода в пруду ощущается искусственно подогретой. Светает. И всё бы хорошо, но только со стороны моря наползает густой туман. У англичан на этот счёт существует градация. Кто-кто, а они-то, надо отдать должное, в туманах разбираются. Так вот, такой туман имеет самую высокую степень и зовётся на Альбионе гороховым супом.

Внимание рыбака привлекает плеск воды у противоположного берега. Почудилось? И он, отложив удочку и ориентируясь исключительно по слуху, направляет лодку к источнику шума – поступок в его состоянии крайне легкомысленный.

Сварщик знает, что такое белая горячка – в кругу его знакомых это одна из самых актуальных тем разговоров. Но с ним самим эта напасть ни разу не приключалась. Бывало всякое: была бессонница в череде нескольких суток, приходили во сне кошмары, но «белочка» его не посещала. Так что, он, хотя и был наслышан о симптомах недуга, но даже не предполагал, насколько реальной может быть галлюцинация.

Когда по правую от него руку из воды выявилась огромная голова с поднятым хоботом, он, никогда не видевший слона вблизи, отчётливо разглядел глазки в обрамлении длинных ресниц, морщинистую кожу в глубоких складках и прозрачные струйки, стекающие с ушей. Ну ладно бы, ему явились зелёные черти или умерший недавно начальник участка, с которым он когда-то конфликтовал. Но при чём тут слон с ресницами? Цепенея от ужаса, он развернул лодку и ударил вёслами по воде, стараясь скрыться от кошмара. Туман несколько рассеялся. Когда до берега оставалось пара метров, слон где-то там, за его спиной, издал, словно из преисподней, трубный звук. Вот этого сварщик не выдержал. Он выскочил из лодки и, бросив её вместе с удочкой, по пояс мокрый, побежал домой. По дороге он несколько раз спотыкался и падал, но продолжал бежать уже на четвереньках, моля Бога об одном — не отнимать у него разум.

В то туманное утро с пагубной страстью нашего героя было покончено. Насовсем. Не пришлось даже «зашиваться» или кодироваться. Оказалось достаточным краткое свидание с Софи. Жизнь его наладилась, трудится он по специальности. Жена не нарадуется – человек он всё-таки добрый и заботливый. На работе в шведском Гётеборге его ценят, поручая самые ответственные задания – верно говорят, мастерство не пропьёшь.

Запись опубликована в рубрике Случай. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *