Уважительная причина. Окончание

Если в Швейцарию мы ехали через Польшу и Германию, то возвращались  через Лихтенштейн, Австрию, Чехию и опять же Польшу. На подъезде к Варшаве петля маршрута замкнулась, автобус вышел на трассу, по которой мы ехали неделю назад, и началась просто дорога домой.

Время в пути, как правило, скрашивают виды из окна, на чём бы вы не передвигались — на самолёте, поезде или автобусе. Место у окна среди пассажиров любого транспортного средства всегда считалось привилегированным. В нашем случае значительная, если не сказать — основная часть шоссе в Германии ли, Австрии или Польше была отгорожена от внешнего мира сплошной шестиметровой стеной-экраном. Сделано это, видимо, из соображений экологического порядка, но в то же время такая стена является сущим наказанием для путешествующих, снижая познавательную и эмоциональную составляющие туризма. Ехать по такому экологическому шоссе – всё равно, что ехать по тоннелю, с той лишь разницей, что естественное освещение позволяет читать, вязать или разгадывать кроссворды.

Кстати. Самые популярные слова в среде составителей кроссвордов – это пастушковый журавль «Арама», счёты доисторических математиков «Абак» и центральная площадь в древнегреческих полисах для общих собраний «Агора». Это понимает даже человек, впервые взявший в руки кроссворд. Да, чуть не забыл про текстильный банан «Абака». Индивидуум, решивший посвятить часть своей земной жизни кроссвордам, эти четыре загадочных слова должен назвать, будучи разбуженным среди ночи.

Журавль с названием, больше подходящем танку. Почему он пастушковый? Трудно представить себе птицу, пусть даже большую, которая вместо собак помогает пастухам на альпийских лугах пасти скотину. А может, филе из этого журавля среди аргентинских пастухов гаучо считается изысканным деликатесом? То же самое с тем бананом. Ну никак не совмещаются в сознании, во всяком случае – в моём, бананы с текстилем, хотя ничего не имею ни против бананов, ни против текстиля.

В общем, едем домой.

Кроссворды осточертели. Заезды автобуса на заправки перешли в разряд развлечений. Как пункты питания в первой половине дня они интереса не представляют – завтрак в последней гостинице был на удивление обильным и разнообразным. Почему – на удивление? Да потому, что по опыту всех предыдущих поездок, общепит гостиниц Польши, а последняя ночёвка была именно там, особой щедростью не отличался.

Об этой составляющей туризма имеет смысл поговорить особо. Я имею в виду бесплатные завтраки в отелях. Ну как – бесплатные, не бесплатные, конечно. Просто стоимость утреннего шведского стола включена в цену за проживание.

Шведский стол. Этот термин я впервые услышал, дай Бог памяти, в конце семидесятых годов. Дело было в Клайпеде, где мне рассказали, что в одном из ресторанов ввели интересное новшество. Там платишь определённую сумму за вход, после чего идёшь в зал и ешь всё, что хочешь и сколько хочешь. Да ладно,- не поверил тогда я, — так уж и — сколько хочешь? Именно!- заверили меня. Ну,- думаю,- пока этот ресторан не вылетел в трубу, я должен стать участником эксперимента, вложу,- думаю,- посильный вклад в крах диковинного начинания. Дело кончилось тем, что наел я хорошо, если на половину суммы, уплаченной на входе. Но именно тогда запомнил главное условие этой игры: выносить еду из зала можно только в желудке. Уже несколько позже, в ресторане рижской гостиницы, помню, метрдотель вежливо попросил моего сына, жующего на ходу яблоко, доесть плод, не покидая обеденного зала.

Странно, но до сих пор есть люди, впервые столкнувшиеся с этой распространённой ныне практикой. Жена, побывавшая в прошлом году в Праге, рассказала о милом недоразумении, свидетелем которого стала во время завтрака в кафетерии гостиницы. Группу туристов, судя по языку общения – с Украины, видимо, не ознакомили с тем самым основным условием. И одна дама из этой группы, скорей всего, хотела завершить завтрак в номере, а может, просто решила обеспечить себя запасом продовольствия на текущий день. Короче говоря, с грузом бутербродов, яиц и прочей снеди в руках пошла на выход, где ей преградила путь официантка, которая сказала, что выносить продукты из кафетерия нельзя.

— Но я это не доела,- объяснила постоялица отеля.

— Доедайте здесь,- указала девушка на один из свободных столиков.

— Какое твоё дело, где я буду доедать свой завтрак,- возмутилась гостья, оскорблённая унизительными правилами, царящими в заведении.

Официантка же, несмотря на субтильность сложения, была непреклонна и стояла стеной. Ну и, разумеется, получила своё – весь недоеденный завтрак полетел в неё,  остолбеневшую. А дама, отодвинув животом возомнившую о себе особу, гордо покинула кафе.

В самом начале поездки наша гид Кристина очень тактично напомнила группе о том, что не стоит унижать себя хищением продуктов в гостиницах, даже если делать это незаметно для персонала. И рассказала о замечании, полученном ей в одной из предыдущих поездок. Тогда ей сказали, что её подопечные очень странно питаются. Например, судя по всему, поедают яйца вместе со скорлупой. В любом случае, без последствий подобные эксцессы не остаются. Турфирма, чьих клиентов уличат в нечестности, будет в дальнейшем наказана повышением цены на проживание в отеле.

А мы едем домой.

Пожалуй, это единственный неприятный отрезок путешествия. Слева от трассы гаснет закат. До Риги несколько часов, несколько муторных часов, с которыми просто надо смириться как с неизбежностью. Наша Кристина в полумраке салона молчит. Должно быть, уснула, бедная, никаких «обратите внимание на  дворец слева от дороги» или «посмотрите на водопад, что справа». Кончились дворцы и водопады. В бортовом телевизоре несмешная комедия, за чёрными окнами автобуса какой-то литовский городок с силуэтами многоквартирных домов, темнеющих на фоне вечернего неба. Освещённые окна можно пересчитать по пальцам. Непонятное тоскливое ощущение рождается при виде этих домов.

Из чернобыльской Припяти горожане бежали, спасаясь от радиации, литовские и латвийские города жители оставляют, спасаясь от экономической депрессии и безработицы. Демография характеризуется жутковатым словом «катастрофа». Тридцать лет назад за каждым окном вот этой конкретной девятиэтажки текла жизнь — люди ужинали, укладывали детей, смотрели телевизионные передачи о плюрализме и гласности, мечтали о независимости, о своей валюте – литах и латах, о выводе «оккупационных» войск. Прошло тридцать лет. Своей валюты как не было, так и нет, в стране расположились чужие войска, для которых возводятся военные базы. Рассуждать о независимости в условиях потери простой самостоятельности могут только те, кто привёл страну к этому итогу, то есть — представители власти, ну и самая наивная часть их электората.

А мы едем домой.

На очередной остановке выхожу из автобуса, подаю руку жене, помогая ей спуститься с крутой лестницы, за ней – старушке и двум дамам, потом ещё одной. Только шестым спускается мужчина. Наша группа больше чем на две трети состоит из женщин. И это не воля случая. Во всех прошлых подобных поездках ситуация была аналогичная. Скажу больше – при всей своей фантазии я не могу представить группу путешественников, состоящую преимущественно из мужчин. И это касается не только туризма.

Оцените аудиторию любого общественного мероприятия: концерта, поэтического вечера, вернисажа, даже протестной акции. Вы убедитесь, что подавляющую часть составляют представительницы прекрасного пола. Мужчины по большей части представлены унылыми мужьями, приведёнными сюда едва ли не насильно. Больше того, те, которые явились на действо по собственной инициативе, зачастую несут на себе печать какой-то экзальтированности, что ли, а порой и нетрадиционной ориентации.

Утверждение, что женщины более общественно-активны, не нуждается в доказательствах. Это просто факт. Убеждён в этом на собственном примере. То, что я объездил вот в таких экскурсиях почти всю Европу, является на сто процентов заслугой жены. В каждом случае от меня требовалось лишь согласие. И, что характерно, всегда – не особо охотное.

Снимаю шляпу перед вот этой женской неуёмностью, которая раскрашивает нашу серенькую действительность самыми яркими и запоминающимися красками. Что ж, будем нести ежедневную заботу о буднях сами, а праздниками пусть занимаются они, наши милые. У них это получается лучше.

Второй час ночи. Рига. Приехали, слава Богу.

Запись опубликована в рубрике Злоба дня. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *